Знакомство и дружба Н.В. Гоголя с А.С. Пушкиным. Идея написания «Мёртвых душ»

Я был знаком с Александром Сергеевичем Пушкиным. Мы встречались лично, не так уж часто, около десяти раз, но переписывались довольно регулярно. Познакомились мы в Петербурге, и это общение оставило во мне глубокий след.

Позже, уже после выхода из воплощения, я встречался с ним и в духовном мире. Это было иное общение - вне земных условностей, но с тем же ощущением живого ума и тонкого юмора, который всегда был ему присущ.

Иногда говорят, будто при создании «Мёртвых душ» мне кто-то «помогал» из потустороннего мира. На самом деле я описывал свою действительность, которую видел. А что касается той идеи, которую мне подали, – да, это была идея Александра Пушкина. Он показывает мне образ, как двое сидят беседуют в какой-то огромной комнате.

Александр мне рассказал смешную шутку, анекдот, который лёг в основу произведений «Мёртвые души» и «Ревизор». Это были его рассказы, и это были комедии. Я их писал, чтобы читатели смеялись над теми людьми, которые описаны как герои произведений. Потому что, например, в «Мертвых душах» описываются разнообразные пороки людей, но в смешной форме. И именно связанные с казнокрадством, взяточничеством, жадностью и т.д.

Он подал идею, но он не говорил, что будет это писать. Просто рассказал анекдот, мы посмеялись, поговорили об этом – и у меня возникла идея написать из этого анекдота пьесу «Ревизор», а потом позже «Мёртвые души».

Уничтожение своих произведений Гоголем. Места жительства

Дважды я сжигал второй том «Мёртвых душ». Первый раз я его написал – и не только это я сжигал, я многие другие вещи сжигал. И потом писал заново. Для меня это было как для вас очищение огнём, когда мне не нравилось. Я много перечитывал то, что написал, рукопись, если что-то мне не нравилось – я предавал огню, потом воссоздавал это. Как очищение.

Я сжигал черновики многих произведений, того же «Вия», «Тараса Бульбы», каких-то «Игроков». Я сжигал черновики произведения, целые главы, а потом писал по-другому. Не так, как было изначально.

У меня было такое убеждение, что я не мог приступить к правке произведения, пока старый вариант лежит в столе. Мне нужно было его уничтожить, а потом работать над новым. Это не было чьим-то советом или внушением. Это была моя внутренняя установка.

Я чувствовал, что не могу по-настоящему переработать произведение, если прежний вариант лежит в столе. Его необходимо было уничтожить — и только тогда я обретал возможность двигаться дальше. Я хотел это всё с чистого листа начинать.

Что касается моей жизни, то у меня действительно не было постоянного жилья. Конечно, я мог вернуться к матери. В деревню, где она жила, в Полтавской губернии. Но я к ней иногда приезжал погостить, а потом уезжал обратно в город. В Петербург ездил, в Москву и вообще по миру ездил. Но я жил либо у друзей, либо в доме, где сдавались маленькие отдельные комнаты. Как квартира, только это комната. Это не гостиница, это многоквартирный дом, где можно было снять комнату. Не квартиру, а комнату с общей кухней. Я менял такие квартиры, переезжал с места на место.

Средства к жизни я получал из гонораров. Долгое время жил на доходы от «Вечеров на хуторе близ Диканьки», и также мне помогала мама. Она мне тоже присылала.

И в то время, когда я работал писарем в ведомстве, которое учитывает имущество, в Петербурге, писал какие-то справки, тоже там получал определённые деньги. И мне удалось немного накопить.

И в тот момент, когда я работал помощником историка (он мне сейчас показывает институт), учил людей, читал лекции по истории, тоже получал за это деньги, которые мне удалось накопить на дальнейшую жизнь. Я накопил столько, что даже ездил за границу.

Полная фамилия Гоголя, подпись «Алов». Произведение «Вий»

Гоголь - это моя настоящая фамилия. Что касается Яновского, то я сам отказался от этой второй части фамилии. Потому что не хотел, чтобы меня ассоциировали с поляком. Это же польская фамилия. Николай, наш император, подавлял в Польше восстание и присматривался в то время с подозрением через свой тайный сыск ко всем людям с польскими корнями, которые ведут писательскую деятельность. Мне лишнее внимание со стороны тайного надзора было ни к чему.

Имя «Алов» - это не фамилия, а как просто подпись, литературный псевдоним. Я одно время избегал известности и подписывался как Алов. Это второе имя для того, чтобы подписывать произведения.

В годы моей жизни электричество ещё не вошло в повседневный быт. Практического освещения, к которому вы привыкли сегодня, тогда не существовало.

Что касается произведения «Вий». Сам образ Вия в повести - это не автопортрет и не личное переживание, а был собирательный образ магических представлений о колдовстве и магии в российской глубинке. Также ко мне приходили образы. Я считал, что я многое выдумал, но, когда я уже вышел из воплощения, понял, что мне их тоже подсказывали определённые сущности тонкоматериальной природы.

Любой злой Дух может принять образ, чтобы напугать. Может принять в том числе образ Вия, назваться этим именем – Вий.

То же можно сказать и о «Майской ночи» - повести про девушку, которая утонула. Там много рассказов, которые нагоняли страх, потому что они были взяты ещё из детских историй, которые мы рассказывали друг другу.

Почему я именно их решил писать? Я видел, что людям нравится описание этих историй вместе с описанием быта в Полтавской губернии. Соединил это – и людям это было интересно.

Относительно семьи - в юности я действительно испытывал желание жениться. Вначале, когда я признавался в любви Марии, а потом Катерине. А потом, когда они мне отказали, – уже не хотел.

Сюжет «Мертвых душ», второй том. Похороны «живого» Гоголя

В том варианте второй части «Мёртвых душ», который я писал и потом сжёг, история Чичикова продолжалась. О том, что он сам стал губернатором, и о том, что он вводит законы, которые идут во вред его городу. Я там всё это описывал, как люди обходят эти законы, как над ним там смеются – такие вот вещи. А он сердится из-за этого, посылает различный тайный сыск – в таком юмористическом ключе.

Найдены отдельные фрагменты второго тома, я слышал об этом. Но это именно отрывки, какие-то определённые главы. Я знал точно, что остались какие-то определённые листы, которые я не уничтожил, потому что, во-первых, они не в одном месте лежали, в шкафу. Они были в других местах, в том числе некоторые списки или выписки были у друзей, которые я давал читать. Поэтому я не мог всё сжечь.

Я был православным человеком. Ходил в церковь, исповедовался, общался со священниками. У меня был свой духовный руководитель, духовный отец. Ни в каких тайных обществах, орденах или ложах я не состоял.

Существует и легенда о том, будто меня похоронили заживо, что я находился в летаргическом сне. Это неправда. После утраты сознания возврата к телу уже не было. Жизненная нить оборвалась, и сразу произошёл переход в духовный мир.

Последние дни жизни Гоголя, причина смерти

В последние дни жизни было много суеты, и вызывали много врачей. Не было рядом со мной родных людей, родственников или любимых людей. Только врачи и люди, которые называли себя моими друзьями. Я хочу сказать, что они себя считали моими друзьями больше, чем я их.

Я хотел быть один. Я был в состоянии уныния и хотел быть один по многим причинам. Меня жизнь уже не радовала, я не хотел ничем заниматься. Приходили врачи, я был в доме своего друга (какого-то Александра, он мне показывает), был уже в Москве. И этот Александр вызывал врачей, он говорил: «Тебе нужно кушать». А я ничего не хотел.

Я хотел, чтобы Бог открыл мне мой путь, а мой духовник Матвей мне сказал: «Молись и постись – только тогда тебе Бог откроет путь». Он мне сказал, что моя книга, вторая часть «Мёртвых душ», будет плохо действовать на людей. Он назвал мне конкретные места. Я с ним сначала не соглашался. Потом я понял, что он прав. И понял, что это произведение никогда не должно увидеть свет. Но когда я решил его сжечь – мне сказал голос, чтобы я сжёг и другие свои произведения (он сейчас показывает, что про церковь писал). Я писал про церковь, про жизнь в церкви, ещё серию рассказов.

И я взял все эти тетради и уничтожил. А когда уже увидел это, я понял, что восстанавливать очень долго. И решал вопрос, уйти ли мне вообще с писательской деятельности. Может быть, уехать к матери. Но ответ не приходил ко мне – и мне было очень плохо.

Тем более я скучал по Кате, которая уже умерла, хотел её видеть. Это та самая женщина, которая отвергла мою любовь, но она была уже замужем за моим другом. Мы просто с ней виделись, общались.

Я понял, что всё, что я написал, было против Бога. Я чувствовал, что Бог на меня сердится.

Я не хотел ничего кушать и чувствовал слабость, головную боль, боль в животе. Тут хозяин дома, где я находился, Александр, вызвал врачей, и они мне стали ставить разные диагнозы. Говорили, что я якобы заболел тифом, и другую такую неправду говорить начали. Последние дни они меня силой заставляли есть – я выплевывал пищу. Они меня насильно заставляли есть, пить и купали меня в холодной воде.

А потом они мне дали какое-то лекарство, от которого мне было очень-очень плохо, заболело сердце, я впал в беспамятство. А когда я пришёл в себя, я увидел, что у меня на лице висят пиявки. Это врачи против моей воли начали издеваться надо мной. Тогда я очень злился на них, но ничего не мог сделать, я даже не мог руку поднять. Очень тяжело, у меня было ощущение, что рука весит много килограммов. И когда я пытался их скинуть, мне держали руки. Потом привязали меня. Я очень злился, в то время я не мог понять, что они мне добра желают и таким образом пытаются вылечить меня.

А потом я стал просить Бога, чтобы он окончил мои мучения, и потерял сознание. И всё, после этого я больше в себя не приходил. Только когда я пришёл в себя, я был уже на 9-ом уровне духовного мира. Мне показывали, в каком состоянии я там оказался и почему попал туда.

Я больше не приходил в себя. Я не был в теле, как я рассказывал, когда мне стали держать руки, и когда я потерял сознание. Потом, когда я спросил причину смерти у своего Ангела-консультанта, он сказал, что мне дали неправильное лекарство, и у меня было отравление, поэтому остановилось сердце. Неправильное лекарство в большой дозе. Но это было не специально, чтобы меня убить. Это из-за неграмотности.

Я много чем болел: малярией, холерой. Потом мне показали мои Ангелы-консультанты, что у меня было много живых организмов в моём теле.

Я ничем не болел, у меня просто было уныние. Я хотел быть один, хотел поститься, молиться. Но я находился в таком окружении, где мне дали неправильное, очень плохое, ядовитое лекарство. А я был слишком слаб, чтобы себя защитить и уйти куда-то. Мне показали, что если бы все меня оставили в покое и оказали бы мне любовь, а не насилие, то я сам бы встал и стал бы просить пищи, когда вышел бы из состояния потерянности в этом мире. Мне не дали этого сделать, мне не дали времени.

Моменты сожаления в жизни Гоголя

Я жалею, что к людям относился неправильно, без любви. Я был очень эгоистичен – это сам понимаю сейчас.

Я мог, например, обидеться на человека, не общаться с ним из-за какого-то пустяка. Я мог быть очень резким, мог сам обидеть человека. Я приходил в гости, мне давали разную пищу, а я вместо того, чтобы согласиться или отказаться, мог говорить, что мне много положили или мне мало положили. Это было очень некрасиво, я себя вел эгоистично. Да, я жалею, что я так себя вел.

Жалею, что я обижался на многих людей, которые говорили мне правду. На тех, кто мне писал правду, когда я издал свои письма к друзьям. Очень много услышал осуждения в свой адрес, очень обиделся и не хотел общаться уже ни с кем. Даже с теми друзьями, с которыми был раньше (он мне сейчас показывает Сергея, Виссариона). Когда они писали критику моей книги, я воспринимал очень болезненно и не хотел с ними общаться – я об этом жалею.

И ещё я жалею о том, что сжёг эти книги. Нужно было просто их оставить своим друзьям и, если Богу было угодно, они бы увидели свет. Как и другие мои книги. А если нет, то никто не смог бы их издать. Я тогда не понимал, что любая книга – не то, что книга, даже статья в журнале или в газете – появляется там по воле Божьей. Это не просто воля случая.

Как сказал пророк: «Много замыслов в сердце человека, но состоится только то, что Богом определено». Я недопонимал этот момент и поэтому сжигал свои произведения. Хотя если бы я этого не делал, многие мои книги были бы в ином виде, чем вы их сейчас знаете.

Я подменял волю Божью своей волей. Я считал, что эти произведения – моя собственность, а это было не так. Это те слова, мысли и чувства, которые прошли через моё сердце. Но они мне не принадлежали уже после того, как я изложил их на бумаге. Они принадлежали человечеству, а я отнял у него возможность постичь моё сердце.

Напутствие России и Украине в связи с войной. Планы на будущее воплощение

Если бы в то время сказали, что в будущем подобное возможно, никто бы не поверил в такое пророчество. Это немыслимо.

Вспомните, что вы причащаетесь из одной чаши. Как вы можете, причастившись от одного Христа, проливать кровь друг друга? Где ваша вера? Куда вы дели свою совесть? Вы предстанете перед Христом – как вы будете смотреть ему в глаза?

Это я обращаюсь и к россиянам, и к украинцам одинаково. Вы одной веры. Ваша кровь произошла от единого корня. Вы проливаете кровь друг друга, устраивая братоубийственную войну. Как вы будете смотреть в глаза Христу, которому молились за победу друг над другом?

Я хочу к вам обратиться и рассказать, от чего я получал наивысшее счастье, когда был в воплощении и Николая, и Юрия.

Я получал счастье от того, что мог творить. Когда я был в теле Гоголя, я получал наслаждение от того, что придумывал человека, описывал его жизнь. Когда люди читали о нём, я чувствовал, что я жив и что я в нём. И это было наслаждение от творения нового мира.

Когда я был в теле Юрия, я получал наслаждение от того, что делал разные фотографии природы и сопоставлял их между собой. Создавая какие-то альбомы и показывая их людям, я показывал красоту этого мира.

Поэтому я хочу обратиться к вам. Посмотрите вокруг себя, вы всегда найдёте возможность сотворить что-то новое и получить от этого наслаждение. Потому что вы дети Творца. Творец наслаждается, создавая различные вселенные. Будьте похожи на него – и у вас не будет необходимости творить зло. Потому что зло творит только тот, кто остановился в своём развитии и своём творчестве.

Я не думаю пока о возможности новых воплощений. Не планировал, я пока анализирую опыт предыдущих воплощений. У меня было три воплощения подряд на Земле, в третьем уровне плотности. Поэтому мне бы хотелось уже в иной мир, на иной уровень плотности. Я бы хотел почувствовать себя в более тонком теле. И тоже творить.

21:39, #520 Прямой эфир с Духом Николая Гоголя.

Дух Николая Гоголя – писатель.

Декабрь, 2022 г.

ПУШКИН - ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ГЕНИЙ И КОНТАКТЁР

ДУХ ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ О КАРТИНЕ «МОНА ЛИЗА»

ПЕРВАЯ ПЕСНЬ В МИРОЗДАНИИ. ПЕРВЫЕ СТИХИ НА ПЛАНЕТЕ ЭСЛЕР

Поддержать проект https://pay.cloudtips.ru/p/4d223152